Автор Тема: ГАЛЬЮН С ВЕРХОТУРЫ  (Прочитано 1839 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Граждан Валерий Аркадьевич

  • Ветеран ПИК. Член Союза ветеранов
  • *
  • Сообщений: 180
ГАЛЬЮН С ВЕРХОТУРЫ
« Ответ #1 : 30 декабря 2009, 15:34:51 »
ГАЛЬЮН  С  ВЫСОТЫ


             И вот что удивительно: все речки имеют правый берег крутым, левый- пологим. Но жители обоих берегов хотят жить поближе к благам природы- воде. Причём хотеть предпочитают правобережники. И это обходится для них не то что неудачей, а просто катастрофой. Кто жил у реки, знает: левый берег пологий. По нему аккуратными рядами построены дома и домики. Почти все занесены в план городской застройки и имеют приусадебные участки в сотках. Есть у них сарайчики, гаражи и, извините, отхожие места, именуемые на флоте гальюнами.
         Правый же берег – падчерица природы. Он крутой, высокий и осыпается. Мало того,- он ещё и сползает в реку и усеян помойками. Нету тут даже мало- мальских и даже заскорузлых «соточек»- участков. Разумеется,- нету и планов застройки. Прилепил халупу наподобие ласточки- стрижа, вот и живи себе между небом и… помойкой.  И это неизбежно: помоям и этим самым, то есть фекалиям следует стекать, падать, катиться до самого подножия берега.
         Освещение крутизны в плане не подразумевалось и было более чем скромным. А чаще- отсутствовало вовсе. Вечерами разгорались минискандалы между верхними жителями и их соседями внизу и теми, кто ещё ниже: «Ты куда, сволочь помои на моё бельё льёшь?! Я ж тебя, гада, завтра же подкопаю, скворец хренов!» Или: «Что, скотина. До гальюна лень дойти! Я т-те поссу, канализка поганая, перестань щас жа!!» 
          И всё таки жильцы- ласточки умудрялись расширять свои крохотные участки до обозримых, местами измеряемых в шагах. Туалеты, они же гальюны- крепили особым инженерным способом: на деревянных брусьях- лагах. Лаги первоначально были толстыми, но с годами подгнивали. Причём делали это самым подлым образом: во мраке, сырости и снизу. Сооружение типа М- Ж или сортир, крепилось КОНСОЛЕОБРАЗНО, то есть на дальних оконечностях лаг. И, прямо скажем, напоминало ялтинское «Ласточкино гнездо» над морской пучиной. Пучину заменяли помойки и строения ярусом ниже.
          Неплановые жильцы стремились к подобию немецкого «лебенсраум», то бишь места под солнцем. Тырили по ночам трамвайные рельсы и вколачивали их, обозначая тем самым
«лебенсраум» с подсыпкой землёй и золой от печек. Отвоеванную таким оккупантским методом земли следовало охранять. И от столба калитки до сортира- гальюна натягивалась проволока. На проволоке кольцо с цепью, а на цепи цепная собака. Порода не имела значения: абы лаяла. Днём пса приструнивали, цепляя кольцо за здоровенный штырь в боку сортира. Из дыры сортира наблюдались отдыхающие у самого берега речки.
          Однажды на жиденьком песочке- суглинке отдыхали мы с приятелем. Почти у уха журчала вода. Чуть поодаль росла не очень буйная трава, подпитываемая невесть какими удобрениями от помоек и отхожих мест. Амбре было вполне сносным и компенсировалось щекотанием солнечных лучиков. Где- то орали коты и лаяли собаки. Но лето было в разгаре и недоставало лишь мороженного «пломбир», да морса из клюквы.
          Но вдруг откуда- то сверху донёсся истошный крик приговорённого к аутодафе. Мы и рядом возлежащие полуподнялись на локтях. В лучах полуденного солнца кувыркалось нечто крупное. Рядом и исключительно синхронно по некой синусоиде мотался пёс на цепи. Крупное оказалось кувыркающимся по помойкам гальюном. В будке сортира кто- то орал благим матом. Мат приближался, обречённый рёв собаки- тоже.
         Гальюн, издав последнее «бяк- хрясь!», распахнулся.
Изумляя отдыхающих прыщеватым задом, из сооружения выполз некто. Страдальца тут же увёз в речную даль подоспевший катер. В этот день больше никто не падал. Видно лаги были рассчитаны грамотней и долговечней.
Граждане, отдыхайте в специально отведённых местах! 
А ещё лучше- на левобережье.