Автор Тема: Бабушка  (Прочитано 1128 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Руденко Сергей Николаевич

  • ВМФ СССР
  • Ветеран ПИК. Член Союза ветеранов
  • *
  • Сообщений: 4761
  • ЧУМИКАН 1979-1982 г БЧ-4
    • Email
.. Бабушка
« Ответ #5 : 22 Декабря 2014, 16:40:17 »
Низкий поклон всем матерям, пока мы живы,  будем их помнить, любить и восхищаться ими.. :( __0_09
Мы все пройдем , но  флот не опозорим !!!!

Оффлайн Желтов Михаил Владимирович

  • Ветеран ПИК. Совет ветеранов
  • *
  • Сообщений: 529
  • Отслужил не хуже других!
    • Email
.. Бабушка
« Ответ #4 : 22 Декабря 2014, 15:59:54 »
Я свою бабушку помню плохо, но одно мне запомнилось хорошо, может не в тему конечно.... Мама с Папой работали, я , лет 10 оставался с бабушкой, она уже почти не вставала с кровати, болела.... Бегаю я по-квартире с войнушку играю, подбегаю к ней, - Ба, враги наступают, а она мне, - бей их Мишка, русские ни когда не сдаются...

Оффлайн Клестер Александр Павлович

  • Ветеран ПИК. Совет ветеранов
  • *
  • Сообщений: 3741
  • "Спасск" 75-78
    • Email
.. Бабушка
« Ответ #3 : 17 Декабря 2014, 01:00:59 »
Дааа...,столько пережить ,а озлобленности никакой.Светлой души человек.Думаю вы согласитесь со мной,что военное  и послевоенное поколения наших бабушек -особенные. Столько пережить и все равно остаться женщинами,матерями. Если задуматься ,судьба наших бабушек,не зависимо от национальности, почти у всех одинаковая. Низкий поклон этой женщине. Низкий поклон всем нашим бабушкам.

Оффлайн Белокопытов Александр Павлович

  • ВМФ СССР
  • Ветеран ПИК. Член Союза ветеранов
  • *
  • Сообщений: 1408
  • "Спасск"-"Чумикан" 74-77
    • Email
.. Бабушка
« Ответ #2 : 16 Декабря 2014, 22:35:00 »
Больно очень.Как портрет моей мамы(царствие небесное ей)... 0___99 0___99 0___99 0___99
FULY

Онлайн Вахтенный у трапа

  • Служил советскому народу
  • Ветеран ПИК. Администратор
  • ***
  • Сообщений: 16178
  • "Неделин" 1982-92
    • Email
Бабушка
« Ответ #1 : 16 Декабря 2014, 16:02:10 »
Наши героические отцы, деды, мамы и бабушки. Святые люди.
http://7myfamily.ru/blog/43048750519/Mudrost-moey-babushki:-%22Prosite,-detki,-Boga,-chtobyi-voynyi-ne-

Мудрость моей бабушки: "Просите, детки, Бога, чтобы войны не было…"

Сможем ли мы когда-нибудь понять предыдущее поколение? Вряд ли. А нужно ли нам знать, как и чем они жили, как справлялись с трудностями, как радовались и переживали? Определенно, да.

 История Софьи Константиновны в сочетании с ее характером восхитила и удивила с первых минут телефонного разговора. Таких гостеприимных и радушных людей, которые предлагают, по сути, чужим людям, ночлег, за день готовят для тебя ужин, потому что "с дороги нужно обязательно поесть", сложно встретить сегодня.

 Нам повезло – нам удалось побывать у Софьи Константиновны в гостях и расспросить о ее жизни. Несмотря на возраст, болезни и недавно пережитое горе, она очень общительна и больше любит задавать вопросы, чем отвечать на них и узнавать о "своих внучках", а внучками и детками она считает всех нас, хотя о ее существовании мы и не знали.

 Софья Константиновна родилась в 1936 году. Живет в деревне Рубеж Клецкого района. Успела получить всего три класса школьного образования, и то неполные – в школу удавалось приходить только в осенне-зимний период. Кроме нее в семье было еще девять детей, пятеро из которых умерли еще в детстве.

 – Так, детки мои, поешьте, тогда будем говорить, а так я не буду с вами говорить. Вот квашанина, колбаса жареная, бабка, грибочки. Дочка моя сказала: "Спеки, мама, бабку в печи, хоть тебе и тяжело, гости с удовольствием будут ее есть".

 Такими словами встретила нас Софья Константиновна, усаживая за стол.

 – А вот это ликер самодельный. Знаете, как я его делаю? Пол-литра гарэлки, литр воды, если хочешь, чтобы покрепче было, так можно гарэлки и больше, потом черная рябина (100 бубок), вишняк (листы вишни 50 штук), когда закипит, сделать маленький огонь на 20 минут. Потом сцедить и всыпать ванильный сахар и лимонную кислоту.

 – Хозяйство у меня сейчас куры и козы, свиней держать уже не могу. Я, детки, благодарю Бога за коз. Магазинного молока я не могу есть. У меня была кислотность, стала коз держать, стало все нормально. Сахар был 9, а стала молоко есть, вообще пропал. Зять мой проклинает их, говорит: "Хай бы эти козы паздыхали!" Я говорю: "Сынок, кляни лучше меня, чтоб я умерла".

 – А еще я про молоко вам расскажу козье, которое вы есть не хотите. Приезжает сюда рыбу ловить парень, который с Лукашэнка ездит, новости снимает, все страны с ним объездил. Как он любит мое молоко!

 А денег я не беру, так он тихо положит и убегает, чтоб я не видела. Вы не брезгуйте, цедилка у меня, посмотрите, какая чистенькая, "дойничка" повернута, на газетке. Я боюсь, чтобы пакость какая не завелась. Я сама брезгливая, если посмотрю, что муха лезет и на все садится, я сама это есть не буду. Знаете, козы мои чище, чем человек, если упадет сено на землю, они уже есть не будут.

 Мать и отец Софьи Константиновны крестьяне. В ВОВ отца забрали на фронт, где он воевал почти до самой победы – его убили в апреле 1945 года в польском городе Сопот. Мать Ольга осталась одна с пятью детьми, четыре из которых – девочки, полностью взвалив на себя заботы о доме, земле, пропитании семьи.

 – Забрали моего отца на фронт. В каком это году война началась? Я уже не помню. Вы же знаете? Забрали и не посмотрели, что пятеро детей. Воевал он до конца войны. Погиб он в самом конце в польском городе Сопот. Номер могилы я уже не помню. Прислали нам извещение (плачет), что умер от тяжелых ран: ногу оторвало по колено, ранило в плечо. Шло наступление, их поранило, а подобрали их потом поздно.

 Когда батька мой умер, мама моя плакала очень. А я маленькая была, она плачет – я плачу с ней. А как во двор пойду, там дети песни поют, играют, и я с ними веселюсь. Я не понимала тогда, не осознавала этого горя. Лица его (отца) даже не помню.

 В 1950 году мать Ольга погибла в автомобильной аварии, возвращаясь с ярмарки домой. Софье Константиновне на тот момент было 14 лет – она была старшей из девочек.

 – Когда отец ушел на войну, а мама осталась одна с пятью маленькими детьми, ей предлагали отдать трое маленьких детей в детдом. А она сказала: пока я жить буду, детей я никуда не отдам. Как будто чувствовала, что недолго проживет. Поехала она на ярмарку в Минск на машине со знакомыми. Так получилось, выехала машина на недостроенный мост и упала в обрыв, мама погибла.

 Привезли маму мертвую, труну купили. Как я голосила! А сестричка моя маленькая как увидела, обомлела и упала без сознания, как неживая. Может, она не верила, что мама умерла, пока не увидела.

 Приехали к нам с сельского совета, нас, сирот, забирать в детдом. Сначала проходили все комиссию у докторов. Ни я, ни сестрички мои в детдом не хотели, сопротивлялись. Меня доктора уговаривали на комиссии, чтобы я шла в детдом. Тогда после войны целый дом деток сирот был. Но я решила, что не пойду.

 Приехали сестричек забирать, одна начала плакать, кричать, не хотели в детдом, и я их обманула, сказала, что и я с ними останусь там. Дали нам там поесть. Но я сказала: "Спасибо, мне понравилось у вас, но некуда же будет сестричкам моим потом прийти. Хата пустая, хозяйство смотреть некому".

 Брата моего старшего забрала тетя с Кирова, меня тоже хотела забрать, но я не пошла. Сестричка моя плакала сильно, а я ей говорю: "Манька, сестричка, у нас же корова голодная, она же сдохнет".

 Посмотрела она на меня, проводила меня от детдома метров двести. Я к ним целую зиму ходила каждый день, пообмораживала ноги. А потом мне вообще пришло в голову, что будут люди с меня смеяться, что мороз, не мороз, а я хожу. Стала я ходить через болото, на котором торф резали. Проваливаюсь там по пояс, но иду. А уже когда пришла весна, ходила я раз в неделю. Тогда уже и подруги со мной проситься стали, вместе веселей, там нам поесть вкусно давали, я то одну брала с собой, то другую.

 – В 14 лет я одна держала коров, свиней, и никто мне не помогал, я одна совсем была. Я зарабатывала сама: кому копала картошку, кому чем помогала. Потом отелилась коровка моя, продала я теленка, масло, сыр продавала. Потом лошадку купила, на плечах ее несла, помню. Покупала на базаре батон, хлеб. Руками мы лен рвали, пряли. Денег тогда не платили, давали 200 грамм зерна… Просите, детки, Бога, чтоб войны не было. Кто здоровый, не пьяница, не гультай, жить можно.

 В 1959 году Софья Константиновна вышла замуж за односельчанина. У них родилось трое детей: в 1960 году сын Василий, в 1961 году – дочь Ольга, в 1963 году – дочь Валентина.

 – Я замужем была за коровой, за свиньями, за сотками. Я никого не выбирала. Я вообще бы замуж не пошла, если б не мамина тетка. А она плакала, чтоб шла замуж. А вы замужем? Еще нет? Так оставайтесь у меня ночевать. Может, вас какие парни ждут? Так перебьются, эти парни.

 – Ой, какая там любовь! Не до любви нам было. Бураками нас душили на работе, полтора гектара бураков давали прополоть. Как пухли мои руки тогда! Но с мужиком, конечно же, легче. Где там любовь эту найти. Главное, дочка меня моя сейчас смотрит. Живет за пять километров от меня, работает до полдевятого вечера, поэтому нечасто ко мне приходит. Но зять мне мой помогает сильно: и хлеба купит, и лекарства, я уже сама дойти никуда не могу. Дай вам Бог, чтоб ваши дети на старости лет вас так смотрели.

 – Выпить любил муж потом; сразу по молодости-то – нет. Но денег не пропивал никогда. Он не гнал гарэлку, я делала. И интересно, если полный "балён", то он не трогает, а попробуй начни… Я у него тогда спрашиваю: ты выпил? Не, говорит, так и было. Муж не обижал меня, бывает, что поругаемся, но "цалуючыся не пражывешь".

 – Вдвоем легче, помогали мы друг другу. Вот помню, попросили мы соседа окна нам в доме поставить. А потом гаспадар мой приходит и говорит: "Так неудобно, чем же нам его поблагодарить". Так мучался он за это. Я ему говорю: "Не горюй, я выручу тебя". Что-то я продала тогда с хозяйства, купили поросенка, вырастили. Говорю, на Коляды зарежем, накроем стол и позовем Колю с женой, вот и благодарность.

 – У меня было 3 недели до родов. А мужик же мой на работе, на тракторе. А нужно же воду носить и коровам, и свиньям, зерно в ступах молоть, и ребенок у меня маленький, кто ж это все сделает. У меня проблемы начались, а я и стеснялась сказать, и боялась, чтобы в больницу не забрали. Как моя доченька живой осталась, не знаю, благодарю я Бога за это. У меня же все сгнило там, все мне потом вырезали. Я ж больная совсем.

 Меньше года назад случилась страшная трагедия для Софьи Константиновны – умер от болезни сын Василий – гордость и средоточие ее материнской любви. Эта потеря сильно ее подкосила.

 – Я телевизор уже не смотрю. Я не могу. Раньше я смотрела "Пусть говорят" и "Жди меня". Как погляжу, так наплачусь уже. Вязала я, сыночку своему носки связала (плачет). А как умер мой сынок любимый, ничего не смотрю, не могу подойти к этому телевизору. Сижу, плачу, читаю молитву за умерших детей, прошу, чтоб Бог милостивый принял сыночка моего. Не дай Бог хоронить своих детей, это такая боль. Пусть я лучше умру, а детки все будут живыми. Молодые должны жить.

 Вы мне так понравились, я буду молить Бога, чтобы вы встретили спутника, достойного вас. Такие красавицы и без парней! Вы же мне как внучки родные стали! Заезжайте ко мне, если рядом будете проезжать, я буду так рада!

 Названная бабушка категорически отказывалась отпускать нас без гостинцев: козьего молока, букета чеснока, сыра, яблок и самодельного ликера. Мы долго прощались, не обошлось без слез, теплых объятий и обещаний в следующий раз "обязательно познакомить нас с хорошим хлопцам".

Никто пути пройденного у нас не отберёт